Тел.: +7(812)941-79-35 | Эл.почта: info@krongazeta.com



Новое о начале Петровского паркаРаспечатать статью

Общеизвестно, что с началом строительства в 1719 году Петровского дока и производства земляных работ, грунт шёл на обустройство дамб док-канала – современной Усть-Рогатки. Затем землю стали ссыпать перед Дворцовой (Поморской) улицей, где, в итоге, и образовалась площадь.

С целью совершенствования обороны города вдоль береговой черты с южной стороны города устроили земляной вал, подобный тому, какой сохранился сегодня вдоль северной береговой черты и лучше всего — за оборонительной стеной у школы № 423.

За сохранность валов отвечала Кронштадтская Инженерная команда, подсыпавшая грунт, выкладывавшая дёрном ≪крутости плотин≫ и высаживавшая ≪предохранительное дерево≫ — иву, что периодически вытаптывалось и ломалось как различными воинскими чинами, так и обывателями, а также скотом. К разгару строительства дока, к 30-м годам XVIII века, относится первая попытка древонасаждения на территории современного Петровского парка. Но это было связано не с разведением собственно парка, а с укреплением вала (плотины) на Арсенальном плацу и вала (плотины) у Итальянского дворца. 13 сентября 1839 года Главный командир Кронштадтского порта вице-адмирал Беллинсгаузен просил распоряжения Главного командира Санкт-Петербургского Инженерного округа и строителя крепости Кронштадта на посадку деревьев вместо ≪совсем высохших≫. В итоге в начале октября ≪на плотине, идущей по плацу Арсенальному и противу Штурманского Корпуса≫ были посажены 75 деревьев, которые изначально предполагалось высадить ≪для булевара устраиваемого по Северной стороне кронштатской крепости≫.

Долгое время единственной растительностью Арсенального плаца (Петровского плаца, Арсенальной площади или Общего плац-парада) были три аллеи деревьев, высаженные с севера, юга и востока, о чем красноречиво говорят карты города середины 1840-х – начала 1850-х годов. Серьёзно этим вопросом занялись только после окончания Крымской (Восточной) войны, когда 11 июля 1859 года во исполнение приказа генерал-адмирала Великого князя Константина инженер – поручик Н.И. Валуев (впоследствии – инженер – подполковник, 1828—1875) представил проект разбивки парка и смету его обустройства на сумму 9144 рубля 41,5 копейки. После проверки сумма возросла до 9723 рублей 83 копеек, после представления 30 июля 1859 года второй сметы, с учетом затрат на садовника, до 22751 рубля 3 копеек, а 22 августа – до 24394 рублей 40 копеек.

Валуев в своей пояснительной записке писал, ≪так как поверхность плаца на некоторую глубину состоит из щебенистого насыпного грунта с известью, что от времени образовало твёрдую массу, совершенно не способную к произрастанию≫, следовало снять грунт на 5 вершков (1 вершок = 4,4 см) и переложить на формируемые дорожки. Позднее, когда уже было снято 4 вершка грунта Валуев предложил снять ещё 1 аршин земли (71 см). Кроме подсыпания чернозема и возвышения дорожек, предполагалось разбить клумбы, засадить новый парк липами, кустами и ≪куртинными деревьями≫ разных пород, а вокруг парка рассадить ≪кротегус≫, т.е. боярышник и на 4820 кв. саж. территории парка посеять 7 пудов тимофеевки. В восточной части парка планировалось поставить здание модельной для хранения больших моделей кораблей, а в западной – кондитерскую со службами.

В октябре 1859 года смету сократили на 18 тыс рублей, а в декабре 1859 года Великий князь Константин приказал работу производить вообще без особых ассигнований и ≪в несколько лет, чтобы землю получить из казенных работ без платы за перевозку≫. В итоге смету на разбивку парка утвердили в 749 рублей 55,5 копеек. Объявили торги на производство работ, но желающих за мизерную сумму взять большой подряд не находилось. Лишь на вторых торгах 14 марта 1860 года объявился царскосельский купец 3-й гильдии Дмитрий Никифоров, предложивший выполнить работы по разбивке парка за 725 рублей. Поскольку других желающих не было — подряд на работы он и получил.

22 марта утвердили смету на 762 рубля 45 копеек, при этом Великий князь окончательно определился в решении обустраивать парк в восточной стороне Арсенального плаца — до этого он постоянно сомневался, выбирая разведение парка то в восточной части, то давая выбор, где это лучше делать, Морской строительной части Кронштадтского порта. При этом известная фраза, высказанная Великим князем Константином, относительно устройства дорожек в парке, выглядит совершенно иначе, чем это принято считать. Он приказал ≪парк развести сначала с левой стороны плаца; но проезжих дорожек крестом не делать, так как достаточно иметь их вокруг парка≫. По поводу первой части приказа генерал-адмирала вспоминается сатирик Михаил Задорнов со своей миниатюрой, где у нас правая или левая сторона не там, где они находятся, а там, куда рукой показывают. Что же касается второй части приказа, то она касается именно проезжих, а не пешеходных дорожек.

Впрочем, дальнейшее дело с парком затормозилось. Более того, от разбивки парка могли вообще отказаться, поскольку именно в 1860 году рассматривался проект устройства двух новых доков в устье док-канала и в Средней гавани на насыпной территории у современной Восточной Усть-Рогатки, для чего площадь к западу от памятника Петру Первому отводилась под складирование строительных материалов. По этой причине купцу Никифорову вернули залог, а те самые 700 с лишним рублей перевели на обустройство Екатерининского бульвара. Только через год 29 марта 1861 года о парке заговорили вновь. 24 мая инженер — подполковник Н.Л. Эйлер обратился к купцу Д. Никифорову с вопросом, готов ли он приступить к работам ≪на прежних условиях≫ и 6 июня Кронштадтская Строительная морская часть заключила с ним контракт. В ходе исследовательской работы в архивах найден весьма примечательный рукописный документ, красноречиво говорящий о начале истории нашего Петровского парка –рапорт (уже) инженер — штабс-капитана Н.И. Валуева начальнику Строительной части Кронштадте инженер-подполковнику Н.Л. Эйлеру, 30 июля 1861 года: ≪К работам по разведению парка на Петровском плацу сего числа приступлено≫.

7 августа подполковник Эйлер поручил наблюдение за разведением парка садовому мастеру Эрнсту Шлихту. К декабрю 1861 года, кроме производства земляных работ, было заготовлено 75 деревьев ≪ис тамбовских алейных≫: 25 лип, 25 кленов и 25 ясеней –для посадки в грунт весною. В 1862 году работы по разведению парка проводились с 1 мая по 20 октября. И далеко не всё проходило гладко в дальнейшем. Мешали и проблемы с качеством привозимой земли, и нехватка денег на оплату подрядных работ, из-за чего в 1862—1863 годах попытались вести работу ≪хозяйственно≫, и ранние заморозки и т.д.

На карте города 1864 года, как и подразумевалось изначально, показано, что разбита только половина нынешнего Петровского парка. При этом ВСЯ эта территория продолжает именоваться Арсенальной площадью, сохраняются обваловка со стороны Средней гавани и аллеи с трёх сторон. В 1864—1865 годах за работами по разведению парка наблюдал Исполняющий должность садового мастера Кронштадтского Общественного сада отставной поручик Ковальский. В указаниях Эйлера Ковальскому от 30 июля 1865 года и появляется впервые сочетание ≪Петровский парк≫, хотя окончательно это название прижилось только в начале 1870-х.

В июне 1866 года составили смету на продолжение разведения парка с высадкой 200 деревьев, но до реального дела расширения парка дошли только на следующий год, а финансовый отчёт о проделанных в Кронштадте работах представили в Петербург по непонятным причинам вообще 2 года (!) спустя. И поскольку доклады в столицу шли весьма противоречивые, любую дату окончания работ по разбивке парка на ныне занимаемой им территории можно считать спорной.

После посещения Кронштадта 10 августа 1867 года Великий князь Константин ≪приказать изволил, дабы Петровская площадь была приведена в должный порядок≫. Работы по разведению парка на второй половине Петровский площади фактически начались с подписания 6 сентября 1867 года контракта (≪подписки≫) на работу с подрядчиком — кронштадтским купцом 2-й гильдии Иваном Глясфельдом. Работы следовало начать тот час, а окончить 1 ноября. Присматривать за работами и помогать инженер-капитану Н.И. Валуеву должен был ≪Вольный садовник мастер Кронштадтского Общественного сада≫ Иван Герасимов. Из-за наступивших морозов работы были свернуты и продолжена Иваном Глясфельдом в 1868 году на тех же условиях. 19 июля купец написал Эйлеру прошение на выплату денег за произведенные работы, а 27 сентября Эйлер представил в Морское министерство смету с указанием, что ≪работа по разведению парка произведена в срок≫.

10 октября 1868 года садовым мастером ≪по всем частям садоводства в Казенном Общественном саду, также и в принадлежащих к оному саду Главного Командира Порта и оранжереях и за всеми растениями и скверами, принадлежащими Строительной части в Кронштадте, как имеющимися ныне и могущими быть разводимыми на будущее время≫ был принят мещанин из города Боровичи Новгородской губернии Михаил Арсентьев. 6 мая 1870 года Арсентьев сдал по описи всё городское садовое имущество и дела вновь назначенному садовому мастеру Фридриху (Фёдору) Шейде, прусскому подданному. В 1870 году работы в парке велись: у Арсенала –инженер – капитаном Н.И. Валуевым, а в западной части — царскосельским купцом 2-й гильдии Яковом Гарусовым.

Известный кронштадтским краеведам член Императорского Российского общества садоводства К.И. Гауглер (или Хауглер, хотя обычно ошибочно пишут ≪Рауглер≫), ≪садовник при оранжереях Ея Императорскаго Высочества Великой Княгини Елены Павловны≫ в Ораниенбауме появился в нашем городе в 1871 году. Переговоры с ним велись с конца 1870 года. В итоге Ф. Шейде был оставлен содержать оранжереи и парники (с 1872 года эту должность занял Виктор Медведев), а с Карлом Гауглером 22 марта 1871 года были подписаны условия ≪на содержание в совершенном порядке и в исправности Летнего сада, Петровского парка, Екатерининских скверов, засеянных площадей и оврага≫. 12 июня 1871 года с Гауглером подписали контракт, и он приступил к ≪окончательному разведению парка на Петровской площади≫.

9 июля 1871 года Гауглер представил прошение о выдаче ему 300 рублей за окончание работ, что и было сделано. Карл Иванович Гауглер ещё не один год служил главным садовым мастером в Кронштадте. И, конечно, сделал для города немало. Только один пример, в 1874 году он высадил в Петровском парке взамен высохших, ≪а также вновь для густоты зелени≫ — 250 деревьев, в Екатерининском сквере –100 деревьев и 100 кустов разных сортов, в Летнем саду и у монумента адмиралу Беллинсгаузену –5 тыс (!) садовых роз и др.

Евгений КОБЧИКОВ, Музей истории Кронштадта



«kronгазета»
info@krongazeta.com

Номер от 26 декабря 2016 года
1




Подписка на КронГазету через RSS Кронгазета в Твиттере Группа кронгазеты в ВК
RSS-фид @twitter @vkontakte Яндекс.Метрика
Форма входа на сайт

Форма восстановления пароля

Для регистрации нажмите здесь »